Спустя 23 месяца после вступления в должность британский премьер Кир Стармер заявил об отставке. Слухи о ней ходили давно и лишь усилились после катастрофических для лейбористов местных выборов в мае и отставки некоторых из ключевых министров. «Медуза» подводит итоги правления Стармера и рассказывает, кто может прийти ему на смену.
Аудиоверсию этого текста слушайте на «Радио Медуза»
подкастыОтставка Кира Стармера. Кто будет следующим британским премьером?
Утром 21 июня премьер-министр Великобритании Кир Стармер вышел к микрофону перед своей официальной резиденцией в Лондоне. Едва справляясь с волнением, он прочитал речь об отставке. Когда он дошел до слов о том, что теперь будет «посвящать больше времени самой важной работе — быть лучшим мужем для моей потрясающей жены Виктории… и лучшим отцом для моих замечательных детей», казалось, что он вот-вот заплачет.
Его речь, пожалуй, стала самым эмоциональным выступлением за почти двухлетнее пребывание в должности премьера. Раньше он практически не показывал эмоций на публике. И в СМИ, и в опросах Стармера неизменно считали безликим, скучным и даже «деревянным», что стало одной из причин падения его популярности. Хотя и далеко не единственной.
Путь наверх
Впрочем, имидж не всегда был для Стармера проблемой. Его образ работящего адвоката с простыми манерами скорее сыграл ему на руку в начале карьеры в Лейбористской партии в середине 2010-х годов. Вот он играет в футбол, вот пьет пиво с друзьями — простой и честный парень, за которого приятно голосовать.
Пройдя по всем ступеням партийной иерархии, Стармер возглавил лейбористов в 2020-м. Партия тогда находилась в глубоком кризисе: на парламентских выборах годом ранее она получила худший результат за 90 лет, добившись всего 202 депутатских мандатов.
Новый лидер предложил свою программу, которая среди прочего включала развитие возобновляемой энергетики, борьбу с нелегальной миграцией, строительство 1,5 миллиона новых квартир, наведение порядка в национальной системе здравоохранения и готовность увеличить расходы на оборону страны.
На выборах 5 июля 2024 года лейбористы одержали победу — 390 мест в парламенте из 650. Казалось, такой результат даст Стармеру карт-бланш на выполнение предвыборной программы и преодоление тяжелых последствий Брекзита, с которыми так и не сумели справиться консерваторы, правившие страной на протяжении 14 лет и, собственно, его устроившие.
Правительству Стармера действительно есть что записать себе в актив. Он провел через парламент пакет реформ трудового законодательства, которые расширяют права работников на отпуск и больничные, защищают их от несправедливого увольнения, ограничивают контракты без гарантированных часов работы и практику «fire and rehire». Кроме того, были приняты дополнительные меры по поддержке семей, введены бесплатные завтраки для детей в начальной школе и отменены ограничения на детские пособия для семей.
При лейбористах изменилась и ситуация с миграцией. Усилился пограничный контроль, увеличилось количество депортации лиц, не имеющих права на предоставление убежища в Великобритании, и было налажено сотрудничество с другими европейскими странами в 2025-м. В результате количество иммигрантов в 2026-м составило 813 тысяч, что на 20% меньше, чем годом ранее. А число лиц, пытающихся добраться до страны на плавсредствах через Ла-Манш, с 1 января по 21 июня 2026-го уменьшилось на 40% (до 11 тысяч человек), по сравнению с тем же периодом прошлого года.
Наконец, в сфере внешней политики Стармеру, в отличие от многих коллег из стран ЕС, удавалось поддерживать отношения с Дональдом Трампом на протяжении всего 2025 года. Это привело к заключению торговой сделки между Лондоном и Вашингтоном, согласно которой США сократили пошлины на британские автомобили с 27,5 до 10%, а на аэрокосмическую продукцию — вовсе отменили. Кроме того, в 2025-м кабинет Стармера подписал соглашение с Индией, которое, по британским оценкам, увеличит торговый оборот между двумя странами на 25,5 миллиарда фунтов.
Путь вниз
Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что и в социальной, и во внешней политике у Стармера было не все гладко.
Например, в 2024 году власти решили изменить условия предоставления выплаты, которую получали пенсионеры на оплату отопления. Если раньше ее давали вне зависимости от уровня доходов, то теперь — только малоимущим. Это лишило субсидии около 10 миллионов пенсионеров и вызвало недовольство не только населения, но и самой Лейбористской партии — 53 ее депутата воздержались при голосовании в палате общин. В результате выплату вернули всем пенсионерам с доходом до 35 тысяч фунтов в год.
Ситуация повторилась и в 2025-м, когда правительство Стармера ужесточило условия для получения пособия по инвалидности. Самым болезненным последствием стали не уличные протесты (хотя они тоже были), а то, что против этой меры выступили больше 120 депутатов самой Лейбористской партии. Властям в итоге и здесь пришлось пойти на попятную — реформу отложили.
Серьезное сопротивление вызвал и так называемый тракторный налог. В 2024 году лейбористы предложили ввести 20-процентный сбор за наследование сельскохозяйственного имущества стоимостью свыше одного миллиона фунтов стерлингов. Это вызвало бурные протесты — некоторые фермеры даже приехали в Лондон на тракторах. И снова Стармер частично отступил — в декабре 2025-го порог налогообложения повысили до 2,5 миллиона. Итог — резкое падение популярности лейбористов в сельской местности.
Отношения с США, которые Стармер еще в прошлом году мог ставить себе в заслугу, в последние месяцы разладились. Весной 2026-го Великобритания отказалась поддерживать американо-израильские бомбардировки Ирана. В ответ Трамп заявил, что Стармер — это «не Уинстон Черчилль», а когда его спросили, в чем заключается особенность американо-британских отношений, он ответил: «В том, что, когда мы попросили их о помощи, они не откликнулись».
К этому добавился скандал вокруг Питера Мандельсона, пользовавшегося большим влиянием в Лейбористской партии в 90-е годы. В январе 2025 года Стармер назначил его послом в США, однако в феврале 2026-го выяснилось, что Мандельсон поддерживал тесные связи с Джеффри Эпштейном. Британский премьер уволил Мандельсона и заявил, что ни за что не стал бы назначать его на должность, если бы знал о его связях с американским финансистом.
Однако журналисты The Guardian выяснили, что Мандельсон не прошел проверку на соответствие должности в британском МИДе и ведомство сделало для него исключение. Скандал привел к отставке главы аппарата и советника премьера Моргана Максуини, который посоветовал Стармеру кандидатуру Мандельсона, и стал тяжелым ударом по кабинету.
Падение Стармера
Нерешительность и непоследовательность кабинета, нехаризматичность премьера и отсутствие ощутимых положительных перемен в стране довольно быстро подорвали популярность лейбористов.
По данным Politico, через год после формирования правительства доля избирателей, готовых за них проголосовать, упала с 34 до 23%, а сегодня находится на уровне 18%. В свою очередь, согласно международной аналитической компании YouGov, деятельность самого Стармера уже в августе 2025-го, через месяц после вступления в должность, положительно оценивали 36% опрошенных, а отрицательно — 43%. Сегодня эти показатели составляют 18 и 74% соответственно.
Падение популярности лейбористов проявилось в полной мере на местных выборах, прошедших в мае этого года. Лейбористы потеряли 1496 мандатов местных советников и утратили контроль над 38 советами. Впервые в истории локальных выборов партия оказалась на четвертом месте, уступив не только своим традиционным соперникам консерваторам, но и либерал-демократам и ультраправой партии Reform UK.
Стармер признал ответственность за поражение, но отметил, что также берет «ответственность за осуществление тех перемен, которые мы обещали для построения более сильной и честной Британии». Иными словами, он дал понять, что в отставку уходить не собирается.
Однако вскоре от Стармера начали отворачиваться ключевые министры. 14 мая подал в отставку министр здравоохранения Уэс Стритинг, заявив, что утратил доверие к премьеру и что у кабинета нет «видения будущего». 11 июня его примеру последовал министр обороны Джон Хили, обвинивший Стармера в недостаточном финансировании национальной обороны.
Впрочем, это были не первые кадровые потери Стармера: еще в прошлом сентябре ушла в отставку вице-премьер и министр по делам жилищного строительства Анджела Райнер, которая была одним из самых узнаваемых лиц кабинета. Причиной ее ухода, правда, стали не разногласия с премьером, а скандал вокруг неправильной уплаты налога при покупке дома.
Хочется взять перерыв от новостей? Тогда мы идем к вам — с книгами! В приложении «Медузы» можно бесплатно прочитать книги Елены Костюченко, Михаила Зыгаря, Антона Долина, Киры Ярмыш, Александра Роднянского и многих других авторов. Что-то по душе найдут и любители фикшена, и поклонники нон-фикшен. Еще в приложении можно играть в лучшие игры «Медузы». Ну и самые важные новости вы тоже не пропустите (если включите пуш-уведомления). В общем, вот ссылка для скачивания приложения — вы знаете, что делать!
Кто будет следующим премьер-министром Великобритании?
Подорвал позиции Кира Стармера и конфликт с его однопартийцем 46-летним Энди Бернемом, мэром Большого Манчестера с 2017 года. Именно его сейчас называют главным кандидатом на замену Стармеру.
Благодаря активной социальной политике (например, инициативам по борьбе с бедностью и расширению системы льготного транспорта в Манчестере) и акценту на проблемах простых людей и региональном неравенстве Бернем завоевал большую популярность как среди лейбористов, так и среди жителей города. При этом он не стесняется критиковать свою же партию за оторванность от народа и отсутствие «идеи будущего».
В январе 2026-го Бернем решил избраться в парламент от избирательного округа Гортон-и-Дэнтон в Манчестере — это необходимо, чтобы политик мог бороться за пост премьер-министра со Стармером.
Однако Бернем не получил разрешения от Национального исполнительного комитета лейбористов, который счел, что при избрании политика придется проводить новые выборы в Манчестере — это потребует от партии дополнительных расходов и создаст политические риски. Левое крыло лейбористов обвинило Стармера, что он продавил такое решение, чтобы не дать потенциальному конкуренту попасть в парламент.
Тем не менее Бернем все равно нашел способ попасть в парламент. В мае исполнительный комитет партии позволил ему баллотироваться в другом манчестерском округе Мейкерфилде. 19 июня политик победил кандидата от Reform UK. Вероятно, это было одной из причин, почему Стармер объявил об отставке именно сейчас: шансов удержаться у него нет.
Список кандидатов на лидерство в Лейбористской партии еще не определен, но вряд ли здесь будут интриги. Анджела Райнер не демонстрирует желания включаться в борьбу, а Уэс Стритинг, один из наиболее ярких представителей партии, уже заявил, что поддержит Бернема.
Как пишет ВВС, «все указывает на то, что через несколько недель Бернем станет премьером». Пока же — до выборов нового руководителя партии, которые должны состояться в середине июля, — исполнять обязанности премьер-министра будет Стармер.
О том, что будет делать Бернем, когда победит, пока известно мало. Перед выборами в Мейкерфилде он отказался отвечать на вопросы о национальной политике потому, что баллотируется всего лишь в депутаты. Неизвестно, есть ли у него список кандидатов на министерские должности и готова ли программа действий на случай избрания.
Во внешней политике его взгляды тоже не очень ясны. Как считает политолог Ананд Менон, Бернем — сторонник возвращения Великобритании в Евросоюз, и в этом его позиция совпадает с мнением подавляющего большинства лейбористов. Однако он предпочитает не высказываться однозначно по этому вопросу, боясь оттолкнуть часть избирателей.
Насколько успешен будет будущий лейбористский кабинет, сказать сложно. За последние десять лет в стране сменилось шесть премьер-министров, и ни одному из них не удалось принести стране стабильность после политического землетрясения, которым стал Брекзит.
Напротив, британская политика становится все более турбулентной. Ведь лейбористы и консерваторы, доминировавшие на политической арене на протяжении почти всего ХХ века, вынуждены конкурировать с новыми, более радикальными партиями.
Получается у них это все хуже: по последним опросам, на первом месте сейчас находятся ультраправая Reform UK, за которую готовы проголосовать 25%, у лейбористов и консерваторов по 18%, а на четвертом месте с 15% расположились зеленые — намного более левая альтернатива партии Бернема и Стармера.
Журнал The Economist еще в 2022 году называл Великобританию Britaly, намекая, что по уровню политической нестабильности Туманный Альбион теперь может сравниться с Италией. Сегодня кажется, что и в этом сравнении британцы проигрывают: в Риме нынешний кабинет держится у власти уже почти четыре года.
Александр Дунаев