Интервью

Ночью раздавался вой, крики, вопли: людей пытали. Освобожденный координатор Открытой России – о пытках в минском изоляторе

Координатора "Открытой России" Артема Важенкова выпустили из изолятора в Беларуси, и он вернулся в Россию. Важенкова задержали 11 августа в Минске во время акций протестов, несколько дней никому не было известно его местонахождение.

По данным его адвоката, Важенкову вменяют участие в массовых беспорядках (часть 2 статьи 239 УК), и он остается подозреваемым по этому делу. По словам защитника, по белорусскому законодательству задержанному в течение 72 часов должны были предъявить обвинение, но этого не произошло. Подозрения не сняты, но с него взяли обязательство о явке для участия в следственных действиях. При этом никаких ограничений по передвижению внутри и за пределами страны нет.

По возвращении в Россию Важенков встретился с корреспондентом Настоящего Времени и рассказал о своем задержании, побоях в изоляторе:

Embed

Поделиться

Освобожденный координатор "Открытой России" – о пытках в минском изоляторе

Embed

Поделиться

Код скопирован в буфер обмена

ширина

px

высота

px

The URL has been copied to your clipboard

No media source currently available

0:00

0:04:53

0:00

— Избиения, насилие и пытки были со стороны ОМОНа при задержании и в Центре изоляции правонарушителей. В чем это заключалось? Конечно, это побои. Били, молотили дубинками – телескопическими дубинками. Кроме всего прочего, ставили на колени на бетонный пол, заставляли держать голову прислоненной к полу и стоять в такой позе два часа. Затекает вообще все тело, люди реально стонали от боли. В первый день вообще не давали воды, не выпускали в туалет и приходили в эту закрытую территорию поколачивать иногда. Просто так, для удовольствия. Они сказали: "Мы вас таким образом, твари, перевоспитываем". Мы постоянно были в позе "морда в пол".

Было страшно не когда видел, а когда слышал. Ночью за окнами в этом самом Центре изоляции правонарушителей просто раздавался человеческий вой, крики, вопли. Людей пытали. Нам еще не так сильно досталось. В камере, где я сидел в ИВС, был человек, к которому применяли такие пытки, как "ласточка", и гораздо более жестко избивали. Пускали по коридору – это когда по коридору идет голый человек, по сторонам стоят сотрудники ОМОНа и дубасят дубинками – кто куда как попадет. А "ласточка" – это когда скрепляют наручниками руки за спину и подвешивают. Вывих суставов гарантирован.

Я даже не знаю, с открытыми лицами они были или нет, потому что мы постоянно были "мордой в пол". Они беспокоились о том, чтобы их никто не увидел. Любая фраза вызывала агрессию. "Дайте пить" – агрессия. "Хотим в туалет" – агрессия. Не каждая их агрессия заканчивалась побоями, но каждое наше слово заканчивалось оскорблениями и унижениями. В камере нас, например, держали всех в трусах зачем-то. Более того, был такой случай: одного молодого мужчину повели в суд в трусах, присудили ему 14 суток. Его вывели из камеры и вели, как он рассказал и как я понял, по улице в позе ласточки в трусах в здание суда, которое находилось рядом. Привели в кабинет судьи в трусах, и она ему дала 14 суток.

Мы слышали, что за стеной есть люди, которые поддерживают [нас], которые кричали: "Крепитесь! Держитесь! Мы с вами!". Очень тронул случай, когда какая-то девушка кричала: "Ваня, я тебя люблю! Когда ты выйдешь, мы поженимся!". Это было очень трогательно. С одной стороны, это нас приободряло, но, с другой стороны, сотрудники милиции, которые это слышали, они приходили в бешенство, и мы ждали от них очередной агрессии и злости.

Наши силовики по сравнению с белорусской милицией, они просто ведут себя сверхкорректно, если сравнивать. Когда тебя избивают, пытают, насилуют морально просто ради удовольствия – не знаю, может, такие случаи есть и в России, но я не уверен, что они носят настолько массовый характер. Там же в камере были люди, которым совершенно точно ничего не грозило, кроме административного штрафа или ареста.

Есть ощущение, что мы идем по белорусскому пути. Вполне может быть, что то, что происходит сейчас в Беларуси, это Россия года через четыре.

#GR-1378 {
float: none;
height: auto;
min-height: 70px;
padding: 12px;
border: 2px solid #DEE5EC;
transition: .1s;
cursor: default;
}
#GR-1378:hover {
-webkit-transform: scale(1.01);
transform: scale(1.01);
-webkit-transform-origin: 50% 50%;
transform-origin: 50% 50%;
transition: .5;
}
#GR-1378 .banner__img {
width: 50px;
}
#GR-1378 .banner__text {
padding: 8px 12px;
font-size: 16px;
font-size: 21px;
text-align: center;
}
#GR-1378 .banner__text span {
display: inline-block;
}
/*#GR-1378 .btn:hover {
background-color: #0ECAE3;
}*/
@media (max-width: 510px) {
#GR-1378 {
-webkit-box-orient: vertical;
-webkit-box-direction: normal;
-ms-flex-direction: column;
flex-direction: column;
padding-bottom: 18px;
}
#GR-1378 .banner__text {
font-size: 18px;
}
}

Читай нас в Яндекс.Дзене

Подписаться

Источник:www.currenttime.tv

Похожие записи

Я употребляла наркотики, и, когда бросила, возникло желание помогать таким людям, как я. История правозащитницы Мадины Токтогуловой

author

Ну что, хотели перемен? Посмотрите, чего добились. Вышедшие на свободу диджеи рассказали об издевательствах в изоляторе

author

Обозреватель газеты Хаарец Аншель Пфеффер о параллелях между Украиной и Газой

author